Нужен ли кашрут туалетной бумаге: в чем подлинный смысл готовящейся реформы

Подрыв еврейского характера государства или просто прекращение монополии группы лиц на выдачу сертификатов кошерности? В чем суть готовящейся реформы кашрута, объясняет политолог

Александр Осовцов, политолог Опубликовано 17:46, 12/10/2021
תמונה כלליתתמונה כלליתתמונה כללית
Фото: shutterstock Сертификат кашрута (Фото: shutterstock )

Все знают, что политика — это искусство возможного. При этом мало кто готов смириться с тем, что происходящие перемены не являются достаточно революционными, мгновенно меняющими ситуацию в единственную, как им кажется, правильную сторону. Подобная реакция сторонников и единомышленников зачастую способна подорвать усилия реформаторов, которых, с одной стороны, атакуют противники реформы как таковой, а с другой - вроде бы сторонники, разочарованные тем, что они считают чрезмерной осторожностью, недопустимой степенью компромисса, оппортунизмом и соглашательством.

Примерно такую реакцию сейчас можно наблюдать в связи с готовящейся реформой системы кашрута в Израиле. Вполне понятно, что находящиеся в оппозиции ультраортодоксальные партии и их союзники из Ликуда подняли вселенский вой о покушении на устои всего — религии, национального характера государства, основы еврейского образа жизни. Но не так уж мало звучит голосов тех, кто искренне не понимает, чего тут возиться — отменить этот кашрут вообще совсем, йешивы если не закрыть, то полностью лишить государственного финансирования, и вообще отделить религию от государства. 

Если вернуться от мечтаний и лозунгов к реальности, то в результате эпопеи с четырьмя выборами за 2,5 года в Израиле сформирована 8-партийная коалиция, в которой каждая партия имеет свои взгляды, свои цели и интересы, основанные на политических предпочтениях ее избирателей. Новое правительство отличается от предыдущего прежде всего тем, что его основные фигуры по любому вопросу должны достигать содержательных, а не конъюнктурно-финансовых договоренностей. Идея выкинуть иудаизм на обочину израильской государственной жизни так же близка лидерам партии Ямина, как желание агрессивно развивать поселенчество в Иудее и Самарии их коллегам из МЕРЕЦа. Жестко настаивать в нынешнем кабинете на чем-то подобном — означает быстро вернуть к власти Лицмана, Гафни и Дери. И Нетаниягу заодно.

Оказалось, что реально возможной является либерализация не лозунговой, не идеологической, а экономической компоненты сегмента религиозных услуг в Израиле. Да, отменить кашрут как часть пресловутого статус-кво 1948 года сейчас невозможно, а вот разрушить монополию узкой группы чиновников из религиозно-политического конгломерата на выдачу сертификата кошерности — совсем другое дело. 

Именно в этом направлении действует нынешний кабинет, именно эта реформа заложена в сопровождающих проект госбюджета пакете законов, именно такой путь предлагает парламентская комиссия по реформам во главе с депутатом Ю. Малиновской. Я позволю себе довольно рискованную, но, как мне кажется, довольно точную аналогию. Крушение коммунистических режимов произошло когда-то в странах советского блока не потому, что там запретили коммунистические взгляды и коммунистов, а потому что там отменили нормативную однопартийность, разрешили создавать разные партии, допустили политическую конкуренцию. Когда, а я надеюсь, что скоро, в Израиле будут на равных конкурировать разные виды кашрута, и ни один из них не будет официальным, государственно утвержденным единственным и безальтернативным главным раввинатом, тогда не только неизбежно снизятся цены на эти услуги (монопольная цена всегда неоправданно высока), но и исчезнет основа для нелепых нагромождений в виде кошерной туалетной бумаги и кошерных средств для мытья туалетов. По прогнозам, ликвидация этого монополизма только для отелей Израиля сэкономит около 100 млн шекелей в год.

Ясно, что рынок кошерных продуктов питания гораздо больше по финансовому объему, чем отельный. И к тому же отелями мы пользуемся далеко не каждый день. А едим и используем бытовую химию гораздо чаще. А так как конкуренция абсолютно неизбежно ведет к снижению цены, то в данном случае прежде всего речь идет о сохранении сотен миллионов шекелей в наших карманах. Кроме того, отсутствие монополии на кашрут, создание конкурентной среды в этой сфере создает важный прецедент и в других областях, таких как акты гражданского состояния, гиюр и некоторые другие. Наконец, конкуренция и многообразие в сфере кашрута ликвидирует двухсторонние, подобные линии фронта противостояния между кошерным и некошерным. Выбор потребителя перестанет носить оттенок драматизма, перестанет быть выбором одной из противоборствующих сторон, а станет нормальным повседневным рутинным делом, таким, каким он и должен быть.

И для ситуации в области собственно политики предлагаемая реформа, наконец, может сформировать те предпосылки, которые очень давно были жизненно необходимы. Проблема в конце концов не в личностях, не в Гафни, Лицмане и Дери персонально, а в их монополии на представительство интересов почти 15% граждан Израиля. Если эта монополия будет разрушена в сфере с оборотом во многие миллиарды шекелей с десятками тысяч занятых, с довлеющим над практически всеми израильтянами сертификатами, справками и печатями, то это будет первым и уже поэтому очень важным прорывным шагом в ликвидации монополии на иудаизм у узкой группы политиканов, передающих власть по наследству. Уверен, что идея решения этой тяжелейшей проблемы именно через экономику или демонополизацию — абсолютно верная, а в конкретных политических обстоятельствах единственно возможная. Проблемы в этой области копились в государстве 70 лет, их необходимо решить, используя приемлемые для большинства механизмы. Именно экономические механизмы всегда являются для граждан самыми понятными и привлекательными.

 Автор - политолог, профессор философии, общественный деятель, исследователь еврейского вопроса и оппозиционных движений