Намек армии РФ: чему учат приговоры престарелым нацистским преступникам

Публицист Нателла Болтянская отвечает на вопрос, есть ли срок давности у преследования военных преступников

Нателла Болтянская, специально для "Вестей"Опубликовано 12:05, 29/06/2022
תמונה כלליתתמונה כלליתתמונה כללית
Фото из личного архиваНателла Болтянская (Фото из личного архива)

Во вторник, 28 июня, израильские "Вести" писали о том, что в Германии дали пять лет тюрьмы нацистскому преступнику. Ему 101 год. И многие спрашивают: а стоит ли преследовать людей такого возраста за преступления 80-летней давности? 

По мнению судей, Йозеф Шютц был причастен к массовым убийствам в качестве охранника концлагеря в Заксенхаузене. Согласно обвинительному заключению, речь идет о расстрелах и убийстве газом трех с половиной тысяч человек. Однако Йозефа Шютца не обвиняют в том, что он делал это своими руками. Он просто работал на машину уничтожения. Сам Шютц вообще отрицает, что служил в концлагере, уверяя, что он был сельскохозяйственным рабочим. Обвинение основывает свое заключение на документах охранника СС с указанием имени, даты и места рождения. И тем не менее пять лет за пособничество в трех с половиной тысячах смертей - это по 12 часов за каждого погибшего? Уголовное право не для концентрационных лагерей. Но в таком возрасте Шютц вряд ли отсидит и этот срок. 

Процесс начался в октябре прошлого года. Его несколько раз откладывали из-за болезни Шютца. Для выживших в Заксенхаузене и их родных приговор является сигналом о том, что они не забыты. И это больше, чем ничего. Немножко больше.

Вероятно, уже никого не осталось, кто мог бы засвидетельствовать деятельность Шютца. Прошло много времени. Острая боль ушла. Не знаю, не могу судить, но каждый раз, побывав в "Яд ва-Шем" или в Аушвице, остро ощущаю возможность рвать голыми руками. Каково же близким? Или самим узникам? Историк Арон Шнеер в книге "Перчатки без пальцев" описывает, как узники набросились на советского офицера, ранее внедренного советской разведкой в концлагерь, и разорвали его в буквальном смысле слова. 

Нацистских преступников ловили годами и десятилетиями. Они меняли фамилии, скрывались в Новом Свете. Некоторых депортировали, по поводу других не находили достаточно оснований идентифицировать. Израильский процесс Ивана Демьянюка (так называемого Ивана Грозного) в 1986 году должен был идти по сценарию процесса Эйхмана, атмосфера накалилась до предела. Его экстрадиции требовала также Москва. Но выдали его Иерусалиму, поскольку пятеро выживших в Треблинке израильтян его идентифицировали. Но служебное удостоверение Демьянюка указывало Собибор. Бывший узник Треблинки Розенберг в зале суда опознал его. Но он же в 1945 году под протокол утверждал, что "Ивана Грозного" убили во время восстания в Треблинке в 1943 году. Потом возникли сомнения в подлинности документов Демьянюка. В итоге после семи лет тюрьмы, при твердой уверенности в том, что Демьянюк служил нацистам, его оправдали.

Но Демьянюк 1987 года с его шуточками, попыткой пожать руку свидетелям обвинения и воздушными поцелуями в зал, не вызывал ни сочувствия, ни неловкости, что ли. А Демьянюк на мюнхенском процессе 2009 года - совсем другая человеческая материя, немощная и дряхлая. При этом уже было известно, что, когда в США в очередной раз встал вопрос о его экстрадиции (2009 год), адвокаты Демьянюка говорили о том, что он прикован к инвалидному креслу. А съемки скрытой камерой показали, что 89-летний человек вполне дееспособен: водит машину и ходит по магазинам. Но на процессе 2009 года он был немощен и жалостен. Тем не менее приговор был те же пять лет. Но адвокаты подали апелляцию. Умер Демьянюк в доме престарелых до вступления приговора в силу. 

А "топчущую кобылу", надзирательницу Майданека Гермину Браунштайнер-Райан в 1973 году экстрадировали из США в Германию, приговорили к пожизненному заключению. И выпустили в 1996-м - по состоянию здоровья.

Начиная с какого-то момента, даже обличенные, эти люди своим обликом заставляют усомниться в праведности возмездия. Это ужасно. Не искать возмездия тоже невозможно. Но не случайно однажды Визенталь сказал, что главное в своей жизни сделал - пережил большинство нацистских преступников.

И все-таки надо искать и судить. Если угодно, чтобы мир знал в лицо. Тюремный срок пособнику за девяносто не будет воздаянием. Моя единственная идея - принудительная идентификация любого признанного виновным как нацистского преступника. Желтая звезда, которую они же требовали нашивать на одежду евреям, лишала людей элементарных человеческих прав и делала мишенью в прямом смысле слова. С палачами ничего такого не произойдет. Но метка во всех документах, банковских картах, в любом кейсе мне кажется оправданной. 

Это особенно актуально сейчас, когда десятки и сотни российских военных обвиняют в пытках, насилии и убийстве мирных жителей. Ведь однажды военные действия закончатся. Очень хочется верить, что они закончатся разгромом истинных нацистов. 

И непременно нужно будет отыскать преступников. Ибо они останутся неразорвавшимися снарядами этой войны - хранящими в себе возможность безнаказанных убийств и издевательств. Международные организации сейчас пытаются вести учет и собирать свидетельства по преступлениям в Украине

Возможно, на будущем Нюрнбергском процессе заодно наконец выяснится, что именно двигало львовскими депутатами, которые просили тогдашнего президента Украины Ющенко заступиться за Демьянюка. И возможно, многие страны пересмотрят свое отношение к выдаче подозреваемых в военных преступлениях. 

Впрочем, пока прогнозировать рано. Все может случиться. По сравнению с событиями Второй мировой войны происходившее на территории бывшей Югославии было совсем недавно. И многих преступников нашли и судили. Свидетели есть. Но приговоры пересматривают, сроки сокращают. В основном речь идет о тех, кто отдавал приказы. Если мы доживем до расследования преступлений в Украине российских военных, то судить будут исполнителей. Скорее бы. 

Автор - публицист, журналист закрытой в России радиостанции "Эхо Москвы", исследователь истории антисоветского сопротивления, автор песен и стихов, драматург